Плерома (πλήρωμα)

Цитати

Плерома (πλήρωμα)

0.png


Сергей Аверинцев

София-Логос

e2889e.gif

ПЛЕРОМА (греч.  — полнота), термин ортодоксальной и особенно еретической христианской мистики, означающий либо некоторую сущность в ее неумаленном объеме, без ущерба и недостачи (напр., в тексте Нового Завета: во Христе «обитает вся П. Божества телесно», Кол. 2:9), либо множественное единство духовных сущ­ностей, образующих вместе некоторую упорядоченную, внутренне завершенную «целокупность». В доктринах гностицизма П. состав­ляется из полного числа (напр., тридцати) эонов, в которых до конца развертывает себя верховная первосущность. Внутри П. зоны группи­руются по «сизигиям» (сопряжениям), т. е. как бы брачным парам, по очереди порождающим друг друга, а также по мистически знаме­нательным, числам («четверица», «осьмерица» и т. д.). Возникновение материального мира связывается с «падением» последнего зона — Софии, или Ахамот, нарушившей структуру П.; искупление Софии есть ее возвращение в П. В ортодоксальной теологии необходимо отметить учение Григория Нисского о «П. душ» как некоей сверхлич­ности, имплицитно заключенной в душе первочеловека Адама и раскрывающейся во множестве человеческих душ, которые состав­ляют органическое целое (сходные мотивы у Максима Исповедника, в Новое время — у Вл. Соловьева и особенно Вяч. Иванова; срв. идею «соборности» у А. С. Хомякова, а также культ человечества у О. Конта). В более обычном словоупотреблении «П.» — Церковь как всемирная община верующих, «мистическое тело» (образ из посланий апостола Павла), в котором множество членов образует жизненное единство. Эта концепция оказала воздействие на религиозно-общественный идеал средневековья

ЭОН (греч. «век, вечность»), в мифологических представ­лениях позднеантичного язычества, испытавшего влияние иранской мифологии, персонификация времени. В эпоху распространения в Римской империи культа Митры складывается иконография Э.: мощ­ный старец с львиной головой, скалящей пасть, вокруг тела которого обвилась змея. В эсхатологии иудаизма и христианства термин «Э.» выступает как греческая передача еврейского «век» и означает очень продолжительное, но принципиально конечное состояние вре­мени и всего мира во времени. Вся история человечества со всеми ее страданиями и несправедливостями составляет один Э. В представ­лениях христианского гностицизма II в. Э. — как бы некое духовное существо, персонифицирующее один из аспектов абсолютного Бо­жества. Совокупность всех Э. — Плерома (греч. «полнота»).

ГРИГОРИЙ НИССКИЙ  (ok. 335, Кесария Каппадокинская, — 394, Нисса), греческий богослов и философ, представитель патристики. Младший брат Василия Великого, член каппадокийского кружка.

Библейский рассказ о сотворении человека в шестой день творения Г. Н. относит не к первозданному духовному человеку, а лишь к его вторичному явлению в материальном мире. Тогда же является множественность индивидов, раздробляющая изначальное единство человеческой сущности на эмпирическом уровне, но не упраздняющая его на уровне более глубо­ком. «Образ Божий» принадлежит не индивиду, но этой сущности, единой во всех людях. «Полнота душ» (см. ст. «Плерома») рассматри­вается как некая коллективная личность, органическое целое, сущность которого – в интеллекте. Человеческая природа воспринята Ипостасью Логоса, чтобы души, взирая на нее и проходя путь очищения от страстей, восходили к своему первоначальному единству.


Ганс Йонас

Гностицизм

Установка на принципиальный эзотеризм. Все люди делятся гностиками на

  • “телесных” (соматики, гилики),
  • “душевных” (психики) и
  • “духовных” (пневматики).

Из них только последним доступны тайны гносиса – высшего и подлинного мистического знания.

Весь видимый материальный мир – зло. Это темница духа, порабощенных материей и аффектами частиц божественного света, оказавшихся во власти небытия и хаоса. Освобождение из темницы мира достигается через причастность божественному знанию (гносису) и через постижение природы собственного духа как частицы единственного истинного Бога – Абсолюта, Отца Нерожденного.

Чувственный мир есть результат трагической ошибки, трагедии в Абсолюте, или вторжения сил мрака в миры света. Отец Нерожденный, самообнаруживаясь, являет себя в особых сущностях – эонах (в еврейской каббале – сефирот), зачастую образующих пары или четы (сизигии). Завершенность этих теофаний, эонов или сефирот образует божественную полноту (плерома). Гордыня или ошибка одного из эонов (обычно Софии) приводит к нарушению этой полноты, его отпаду от плеромы и началу космогенеза в результате которого создается множество несовершенных миров (иногда 365) во главе с их владыками – архонтами (в лурианской каббале эта трагедия называется “шевират гак келим” – “Разбивание сосудов”). Низший их этих миров – наш материальный мир.

Кризис в Плероме

Плерома – не однородное собрание. Только-Рожденный Ум единственный, что и вытекает из его имени, может знать Пред-Отца: для всех других Эонов он остается невидимым и непознаваемым. “Это было великим чудом, что они были в Отце, не зная Его” (GT 22. 27 f.). Потому только Нус получал удовольствие от созерцания Отца и наслаждался его безграничным величием. Теперь он пожелал приобщить к величию Отца и другие Эоны, но Тишина удерживает его волей Отца, который хочет привести их всех к размышлению об их Пред-Отце и к желанию искать Его. Так Эоны лишь тайно стремились созерцать породившего их племя и искать корень без начала. “Действительно Весь [мир Эонов=Плерома] искал Того, от кого он произошел. Но Весь он был внутри Него, того, кто Непостижим и Непознаваем, который превыше всякой мысли” (GT 17. 4-9). (Это – начало кризиса в Плероме, так как ее гармония замкнута в границах ее естественного порядка, и это наблюдение присущего им самим ограничивает ее членов, которые еще являются таковыми; будучи духовными субъектами, они не могут отказаться от сильного желания узнать больше, чем позволяют их ограничения, и таким образом уничтожить расстояние, отделяющее их от Абсолюта.) Последняя и самая молодая из Эонов (и потому внешняя), София пошла дальше всех и узнала страсть вне объятий своего супруга. Эта страсть произошла и росла от близости Ум и Истины, но теперь заразила Софию и проявилась у нее так, что она преступила границы своего ума, по-видимому, из любви, в действительности – из глупости и самонадеянности, поскольку она не имела такого единения с Отцом, как Только-Рожденный Ум. “Забвение не возникло вблизи Отца, хотя оно возникло из-за Него” (GT 18. 1-3). Страсть была поиском Отца для нее, стремившейся постичь его величие. В этом стремлении она потерпела поражение, ибо то, что она пыталась сделать, было невозможно; и так она ощутила в себе великое страдание. Валентиниане рассказывают о глубине Хаоса, в который, влекомая своим желанием, она проникала все глубже и глубже; и в конце она была поглощена его блаженством и растворилась в общем бытии, но она не одолела силы, что объединила Все и не подпускала ее к невыразимому Величию. Эта сила называется Пределом (horos): благодаря ему она остановилась, возродилась и вернулась к себе, и поняла, что Отец непостижим. Так она отказалась от своего былого намерения и страсти, порожденной им. Однако они теперь существовали сами по себе как “бесформенная сущность”.

Последствия кризиса. Функция предела

Страсть и открытие Софии имели результатом выход из Плеромы. Бесформенная сущность, которую она породила в своем стремлении к невозможному, является воплощением ее страсти; и в сущности этой отражалась ее судьба, ее затрагивали различные эмоции: печаль, страх, замешательство и потрясение, раскаяние. Эти эмоции также воплотились в бесформенность, и их полный набор, разработанный в многочисленных вариациях отдельными мыслителями, играет важную онтологическую роль в системе:

“Отсюда, из неведения, печали, страха и потрясения, материальная субстанция обрела свое первое начало” (Iren. I.2.3.). “Это было неведение, относящееся к Отцу, который произвел Боль и Ужас. Боль стала густой, подобно туману, так что никто не мог видеть. Так Ошибка подтвердилась [т.е. ее предполагаемое существование]. Она произвела собственную Материю в Пустоте” (GT 17. 9-16).

Действительное изменение материи происходит только на стадии, представленной низшей Софией, когда мы к ней обращаемся. Изначальная София, как мы слышали, была очищена и упорядочена Пределом и воссоединилась со своим супругом; таким образом целостность Плеромы была восстановлена. Но ее Намерение, однажды выношенное и ставшее действием, не могло остаться просто невыполненным: вместе со Страстью, им вызванной, оно отделилось от нее, и, пока она оставалась в пределах Плеромы, было благодаря Пределу выброшено из нее. Как естественный порыв Эона, этот отдельный комплекс ментальных утверждений теперь гипостатизирует духовную субстанцию, однако бесформенную и нестройную, являющуюся “уродцем”, порожденным без идеи. Исходя из этого, ее называют также “бессильным и женственным плодом”.

Предел выполняет, следовательно, двойственную функцию: упорядочения и отделения, в первом случае он называется Крест, во втором – Предел. Обе функции локализуются в двух различных местах: между Хаосом и остатком Плеромы, чтобы оградить порожденные Эоны от непорожденного Отца, в этом плену он встречает Софию в ее слепых поисках; а также между Плеромой в целом и внешним миром, т.е. в качестве ограждения Плеромы от изгнанной субстанции страсти, чтобы охранять ее от нарушений, вновь проникающих извне. В финале изложенной драмы подчеркивается только роль предела на внешних границах: “Он отделяет космос от Плеромы” (Фрагменты Феодота, 42. 1). Его более духовные функции, такие как восстановление Плеромы в ее гармонии, последовательно переходят к Христу, оставляя Пределу в основном роль хранителя. Значение этой специфической фигуры, появляющейся только в связи с ошибкой Софии, происходящей не из самой Плеромы, состоит в том, что из-за заблуждения Софии в божественном порядке произошли значительные изменения, которые сделали подобную функцию необходимой: она обретает полноту не сама по себе, но только в противоположность негативному аспекту, приходящему извне. Эта негативность, являющаяся следствием того нарушения, которое произошло через превращение и отделение Софии, гипостатизировалась в позитивную область как таковую. Только этой ценой могла Плерома избавиться от нее. Таким образом, Предел не был задуман в изначальной структуре Полноты, т.е. свободного и адекватного самовыражения божества, но был решительно необходим как принцип упорядочения и сохранения отделения. Появление этой фигуры, следовательно, является символом начала дуализма, диалектически вырастающего из изначального Бытия как такового.

Восстановление Плеромы

Так как неведение и бесформенность появились в пределах Плеромы, глубокое смятение постигло Эоны, которые больше не чувствовали себя в безопасности, опасаясь, что что-то случится с ними. Также продолжительное существование продукта излеченного неведения, бесформенности, хотя и изгнанной, являлось в этих условиях постоянным укором Софии, которая была полна сожалений об “уродце” и беспокоила Эоны своими вздохами. Поэтому они объединились в молитве к Отцу и добились от него эманации новой пары Эонов, Христа и Святого Духа, которые были наделены двойственными обязанностями: в пределах Плеромы восстанавливать истинную безмятежность; и, как условие этого, позаботиться об оставшейся бесформенности и придать ей форму. Так Христос (как мужская часть представленной пары) – первый и единственный Эон, который играл роль по обе стороны Предела, тогда как Эон Иисус, порожденный несколько позже, был уже предназначен полностью для внешней миссии.

Таким способом это развитие вышло мало-помалу вовне из-за необходимости, навязанной неудачей, которая, однажды случившись, теперь сохраняется в реальности и требует возмещения. Вначале, чтобы избавить Эоны от бремени подобной судьбы, Христос создал новую гармонию в Плероме, посвятив Эоны в непознаваемость Отца, т.е. принеся им гносис (“что же было Всем, в чем они нуждались, как не Гносис Отца?” – GT. 19. 15 f.) и примирив их с их распределенными ролями, так что осознание духовного единства, объединившего их во всех их различиях, больше не позволяло возникнуть отдельным стремлениям. Так они добились совершенного покоя. Как плод их нового единства, они все вместе, каждый вкладывая лучшее от своей сущности, произвели дополнительный (непарный) Эон, Иисуса, в котором Полнота была как бы собранной воедино и который символизировал воссоединенное единство Эонов. Этот “совершенный плод Плеромы”, содержащий все ее элементы, позже как Спаситель выносит себя из Полноты в Пустоту, в которой оставшаяся часть нарушения, тем временем “сформированная” Христом, все еще ожидает спасения.

События за пределами Плеромы

Плерома и эоны в ней(схематически).

Одна из вариативных «плероматических» космологий синкретического гносиса

Вначале Христос, заботившийся о бесформенном остатке, все еще занимался своей собственной задачей восстановления места Плеромы, видя, что при печальных обстоятельствах появления “уродца” и вследствие отчаяния его матери это место может не сохраниться. Простое уничтожение того, что было сделано, невозможно: даже ошибку мысль Эона превратила в реальность и живет под ее воздействием. Теперь Намерение, или Желание, Софии, гипостатизированное отдельно от нее, является новым личностным бытием: низшей Софией, или Ахамот. Мы слышали прежде, что это Намерение вместе со Страстью “выпало в пространства Тени и Пустоты” и что оно теперь находится за пределами Света и Полноты, бесформенный и нескладный уродец. Христос, распятый на Кресте, придал ему своей властью первую форму, видоизменил субстанцию, но еще не “сообщил” о знании, после чего он оградил Плерому Пределом, оставив его с пробудившимся осознанием его отделения от Плеромы и возникшим желанием попасть обратно. Это начинает задачу искупления, завершение которой требует долгого пути страдания и успешных божественных вмешательств. Так как Христос в действительности не покинул Плерому, его основная задача оставалась там, и так как, с другой стороны, несовершенная женственная ипостась могла стать совершенной только через постоянное духовное сочетание в парах, ее первое формирование за Крестом было всем, что Христос мог сделать для нее.

Собственно созданию чувственного Космоса предшествует возникновение т.н. “Плеромы”, Полноты бытия – знания особого, подлинного мира, являющегося самопознанием запредельного Божества. Плерома обычно “составлена” из индивидуальных существ (“эонов”), которые олицетворяют собой предикаты (имена) Бога, являясь своеобразным воплощением апофатической процедуры, то есть процедуры такого славословия Божества, когда оно утверждается в качестве превосходящего любое имя (предикат). Поэтому существа-эоны “ниже” своего Отца, но, в то же время как его Имена составляют абсолютное самопознание (собственно “гносис”) Божества и высшую бытийную реальность.

Создание Плеромы, которая в различных гностических учениях может изображаться и как “выхождение”, и как “вызывание”, и как “эманация”, и как “творение”, имеет своим результатом самовольство низших эонов (“чинов”, “ангелов” или т.п.), оборачивающееся появлением чувственно-телесного Космоса, отчуждения, “сна забвения” и зла. Мы видим, что в вопросе о происхождении зла гностики придерживаются не концепции дуального сосуществования Благого и Злого Абсолютов, а монодуалистической схемы. Монодуализм – это представление о том, что второе, низшее, начало “попускается” к существованию Первым, высшим. Оно (второе) порождено, но обладает самобытностью, собственной волей и ответственностью, а потому способно отпасть от Первого. Отметим, что не только гносисное, но и позднеантичное сознание в целом четко ощущает ущербность, которую вносило бы в творческую потенцию Первого несовершенство, несвобода воли Второго. Порождение не есть самопродолжение – поэтому Второе способно к оппозиции своему Отцу (что не умаляет совершенства Родителя, делая, наоборот, его еще более полным).

Отпадение, согласно гностическим представлениям, вызвано неполнотой знания. Так, София – в школе Валентина – последний из эонов, онтологически удаленный от Отца; в учении Симона Мага впадают в грех низшие “Силы”, вообще не знающие о создателе; в концепции Василида Великий Архонт и Архонт Гебдомады существуют в мире, отделенном от “Небытийного Отца” Святым Духом и т.д. Однако незнание (а-гнозия как фундаментальная характеристика мира, противолежащего Плероме) не является исчерпывающей причиной отпадения, ибо оно имеет обратной стороной стремление к самоутверждению, к охвату всего сущего своим властным могуществом.

Самоутверждение ведет к появлению неполноты: согрешивший удаляется от Плеромы в место, где он осуществляет свое самоволие далеко от Отца. Это место в гностицизме трактуется как хаотическая материя (“влажная природа”, “туманная бездна”), причем на вопрос о том, сосуществовала ли последняя изначально Богу или же явилась негативным результатом греховного самовольства (стала “тенью” от деяния отпавших сил, воплощением их низких эмоций – ужаса, вожделения, гнева), гностики дают неопределенные ответы.

Материя, оформленная отпавшим порождением Отца, становится чувственным Космосом, то есть бытием, где все разделено условиями пространства и времени, где нет симфонической (соборной) целостности Плеромы, где все отношения имеют внешний, отчужденный характер. Причина этого лежит в том, что деятельность Демиурга чувственного Космоса является дублированием, пародированием творческого акта Отца. Для последнего нет материи как внешнего условия творения, Демиург же изначально ограничен вторичностью своей деятельности, наличием материи и отсутствием внутренней полноты воли (она неспокойна, побуждаемая гордыней, самомнением, незнанием, она оказывается несвободной).

Однако даже в низшем, отпавшем бытии содержится высшее начало. Оно пленено материальным миром – как оказался пленен Демиург своей гордыней. Переживание этой греховной падшести, разорванности, самоотчужденности, утери свободы составляет один из центральных моментов потрясения, о котором сообщают все гностические авторы, уверенные, что они получили откровение. Судьба человека связана с событием космосозидания, он носитель ответственности и свидетель “падения”. Падение и предопределяет небытность внутреннего начала в человеке для его эмпирического, привязанного к чувственно-телесному “Я”.

Впрочем, возникновение человеческого существа – процесс в гностических космогониях сложный и неоднозначный. Обычно он является манифестацией сил, составляющих Плерому, перед властителями чувственного Космоса. Причиной этих манифестаций является стремление высших сфер победить зло, спасти ниспавшие световые потенции, “восполнив” неполноту. Небесный человек – одна из таких манифестаций. По его образу (световому, букв. видимому) властители чувственного мира создают телесного человека. Соединением того и другого является человеческий род. Причем противоборствующие стороны рассматривают его как орудие борьбы с противником. Оба усилия – спасительное Благо и сопротивляющееся зло – соприсутствуют в человеческом существе, создавая неповторимую архитектуру его самосознания и судьбы. Однако в подавляющем большинстве людей телесно-эмпирическое превалирует над “небесным”. Отсюда возникает вопрос о том, каким образом может быть инициирована небытно-внутренняя потенция. Единственное орудие для инициации – Откровение, считают гностики. Все существование низшего, чувственного Космоса наполнено благодатной деятельностью Плеромы, открывающей человеку глаза на его фундаментальное тождество с Абсолютом. Являясь “соблазном и безумием” для эмпирического человека (ибо адресовано оно к запредельному последнему началу), оно вызывает мощный ответный взрыв “абсолютного Я”, в одно неделимое мгновение постигающего видимость, несубстанциальность многообразного внешнего бытия, свою прямую сопричастность появлению низшего мира, а также грядущее всеобщее возвращение в единство Плеромы.

Носителями откровения у гностиков являются персонажи иудейской, эллинской, иранской, египетской традиций, заимствованные из священных книг различных культур, а также такие “абстракции”, как онтологизированные составляющие человека – “Ум”, “Дух” и проч. Носителями откровения могут быть и вполне исторические лица типа Христа, его семьи, апостолов, либо основателей многочисленных гностических сект. В любом случае, каждый из носителей Откровения является всего лишь ипостасью Полноты, тождества, лежащего за всякими внешними различиями. Поэтому некоторые из гностиков (Симон, Менандр) прямо именовали себя “Высочайшими Богами”, подчеркивая случайность и несущественность их нынешнего состояния.

Космос и историческая длительность перестают быть естественными реальностями для человека, так же как и священные предания в их традиционном, привычном прочтении. Все это – во внешнем своем облике – плод деятельности злого (либо ошибшегося Демиурга), за всем этим необходимо увидеть пародируемую Богом “мира сего” реальность Плеромы, борьбу Откровения и косного сопротивления материальных владык, зашифрованный, скрытый смысл.

Условием спасения, в конечном итоге, является смерть. Особенно выпукло это видно в тех гностических учениях, которые используют близкий христианству язык. Для них крестная смерть Христа, оборачивающаяся абсолютной победой над смертью, – не только путь индивидуального спасения, но и образец, по которому произойдет скорая метаморфоза мира. Подавляющее большинство гностических вероучителей верили, что чувственно-телесный мир должен быть разрушен, и “это место исчезнет”. Если и предполагалось существование некоего “остатка” от прежнего материального существования, сохраняющегося даже после Страшного Суда, то он понимался как бытие, уже не противостоящее Плероме (в системе Валентина, например, это – “вечное царство Христово”, место пребывания “душевных существ”: после гибели “материальных” и вознесения к Отцу “пневматических”).

Эсхатологический настрой гностиков несомненен. Но столь же несомненно, что установка сознания, идущая от тождества внутреннего человека с Абсолютом, в меньшей степени интересуется Светопреставлением, чем метаморфозой индивидуального существа. Таким образом, изменения, происходящие в одном, равны изменениям во Всем. Следовательно, гносис не занят поиском действительно общезначимого языка и созданием новых традиций. И то, и другое не существенны в глазах человека, открывающего в себе бездну света и понимающего, насколько далеко от световой Полноты эмпирическое существование. Этим и вызвана множественность гностических общин, постоянное отпочкование от них все новых ячеек, отсутствие попыток сведения гностического учения к чему-то целостному, вплоть до века Мани. Впрочем, манихейство лишь генетически связано с гносисом, по сути являясь религиозным учением иного типа.


Виолет Мак Дермот

Идея Плеромы в Гностицизме

Плерома – божественная полнота и гармония, в которой истинный бог пребывает с порожденными им Эонами.

Гностики сифианского толка верили, что наш материальный мир создан не благим и справедливым богом, а злым и глупым Демиургом, которому служат демоны – Архонты.  Сотворение земного мира произошло в результате некого “несчастного случая”, катаклизма, переведшего к распаду первоначальной целостности бытия – “Плеромы”. Истинным же богом является Невидимый Дух, далекий от земного мира. Согласно сифианской мифологии, Демиург Земли был порожден Софией – одной из божественных сущностный – Эонов, отпавшей от Невидимого Духа, по причине того, что она возжелала сотворить нечто без его одобрения, и внесшей тем самым дисгармонию в сонм подобных существ.  После этого София раскаилась в своей ошибке и устремилась восстановить целостность Плеромы. Также сифиане утверждали, что лишь Сиф был настоящим ребёнком Адама и Евы, в то время как Каин является потомком злобного Демиурга, который соблазнил и насилием покорил жену первого человека. Наш мир под властью Демиурга стал ловушкой для душ, человеческая плоть служит для них темницей. Путь к спасению, возвращение души в Плерому, возможно лишь для духовных потомков Сифа, чьи души хранят божественный свет, и достигается оно благодаря гнозису – познанию неких священных тайн, которые позволят преодолеть власть Архонтов, держащих души в заточении в земном мире. Что же касается роли Иисуса в данной мифологии, он воспринимается как воплощение Сифа и является спасителем человечества, принесшим на землю сокровенное знание.

Выделим несколько черт, характерных для подобных представлений:

  • материальный мир создан “незаконнорожденным” Демиургом;
  • спасение осуществляется не праведной жизнью, а посредством приобретения тайных знаний;
  • спасение возможно не для всех, а лишь для особого рода “духовных” людей.

Эти мотивы и дальше будут повторяться в учениях гностической направленности.


Amazon Prime представил каст сериала «Колесо Времени».jpg


Роберт Чарлз Уилсон. Мистериум

Из тайного дневника Алана Стерна:

Пустота, предшествовавшая сотворению вселенной, есть немыслимое, несведущее ничто — отсутствие материи, вакуума, времени, движения, чисел и логики. И всё же вселенная выводится из него в соответствии с неким непонятным пока законом — законом, который, управляя ничем, даёт всё!

Зовите его Ноос, Совершенный Разум. Зовите его Протеноя, Несотворённый Бог.

~

Прошлое рождает будущее.

Согласно законам термодинамики ничто не умирает, лишь меняет форму. Мы повторяем наш эволюционный путь в утробе. Наша история как вида выгравирована на каждой нашей клетке.

Но эволюция может работать лишь под диктатом законов природы — и эволюция вселенной не в меньшей степени, чем эволюция жизни. В первую наносекунду первичной сингулярности всё, что существует ныне, стало следствием, которому было нужно лишь время, чтобы достичь воплощения. Ранняя вселенная содержала в себе человеческий разум точно так же, как жёлудь содержит в себе дуб.

Гностики говорят о Протеное: Разуме как первичной субстанции мира; Протенойя исходит от Несотворённого Бога, аггенетного (непорождённого) и андрогинного.

Человечество лишь фрактальное подмножество Разума в несовершенной плероме. Наша божья искра, наша апопасма тейон — уголёк Большого Взрыва. Сознание = квантовая механика архаичной вселенной, вторгающаяся в холодную материю посредством человечества.

Я считаю, что мы — тот рычаг, посредством которого нечто неописуемо древнее движет миром.

~

Наша работа даёт богатый урожай невозможностей. Полагают, что фрагмент, возможно, вообще не является материей в нашем обычном понимании — помимо массы и объёма он лишён свойств, которые мы могли бы назвать материальными. Он не может быть разделён на части. Его структура лишена грануляции, однородна даже при большом увеличении, хотя оптическое сканирование по ряду причин может давать ненадёжные результаты. Его излучение нарушает закон обратных квадратов, словно кривизна окружающего пространства нарушена присутствием невероятно огромной массы, однако фрагмент могут поднять четверо умеренно сильных мужчин (хотя никто из нас не глуп настолько, чтобы прикасаться к нему). Похоже, что он создаёт высокоэнергичные фотоны из окружающего воздуха и переизлучает их, сдвинув к красной стороне спектра. Этот эффект распространяется и на отражённый свет: фрагмент кажется непропорционально далёким, когда вы удаляетесь от него; другими словами, он словно уменьшается в размерах по мере того, как расстояние до него увеличивается! Обратное тоже верно, что и делает измерения в непосредственной близости почти невозможными. На микроскопических расстояниях фрагмент выглядит однородной структурой огромной, как поверхность звезды, к счастью, не обладающей такой же энергией. Хоть это и затрудняет обращение с ним, вероятно, подлинное чудо состоит в том, что трудности не так уж велики.

Какое счастье быть свидетелем этих тайн. Как странно то, что фрагмент происходит с раскопок в ближневосточной пустыне. Начертите вокруг этого места окружность радиусом в тысячу миль, и в неё попадут столетия религиозной мысли: Моисей, Иисус, Митра, Манкс, Валентин…

Вспомним идею Линде о наблюдаемом космосе, возникшем из «пены» возможных конфигураций пространства и времени: втиснутом в массив иных вселенных, похожих и непохожих, и перепутанном с ними. Во сне я видел фрагмент как нечто целое, как своего рода челнок для путешествий по кротовым норам между смежными островами творения.

Во сне это транспортное средство было собрано светящимися существами, странными и непостижимыми: обитателями плеромы? Использование приборов для проникновения (неудачного) в тайну Сотворённой Материи разбросало фрагменты ур-вещества по бесчисленным островам пространства-времени, включая наш…

Мы собираемся облучить фрагмент высокоэнергетическими частицами. Постучаться в двери Небес…


Андрей Сафонов

Плерома

Плерома – высшая полнота бытия в греческой философии. Согласно учению гностиков, плерома – это совокупность высших духовных сущностей (эонов), в которой потенциально содержатся все проявленные и непроявленные миры.

~

Птица многозначительно качает огромной лысой головой с черной как у шахида бородой.

– Да… наверное… это всё похоже на правду. Но есть что-то странное во всем этом… – Огромный лоб страшно морщится, словно решая некую непосильную задачу.

Вдруг он останавливается как вкопанный.

– Подожди-ка, я, кажется, понял, что это!

Я удивленно смотрю на него.

– Это Плерома…

– Э…

– Это Полнота. Предвечная непостижимая Полнота мира, из которой все мы родом.

– Э…

– Эх, Андрюшка, ну и задачку ты мне поставил… Да ты хоть осознаешь, перед какой тайной мы стоим??? Неужели ты не понимаешь, что с этим не шутят??? Плерома – это источник, из которого разматываются по спирали все варианты развития вселенной.

– То есть и все варианты наших судеб?

– Да! Причем там все уже совершено заранее, а это, – Птица многозначительно проводит круг по воздуху – все, что нас окружает – это рябь на поверхности этого бездонного моря.

– Пространство вариантов…

– Именно! Вспомни наш разговор о принципе ряда, – программа уже написана за нас, и выйти из нее могут очень немногие…

На какой-то момент я выпадаю из реальности и передо мной воздухе проплывает мысленный образ – женская фигура, на миг показавшаяся из-за приоткрывшихся штор, словно посланница иного высшего мира, начинает стремительно обрастать спиралями. Каждый виток при увеличении дает еще тысячи витков, каждый из них – еще тысячи и так дальше, дальше в леденящую и будто тоскливо поющую о чем-то беспредельность. И где-то, среди бесчисленных витков, находится моя жизнь, всего лишь микроскопический завиток, нелепый завиток в кармической паутине…


 

Напишіть відгук

Заповніть поля нижче або авторизуйтесь клікнувши по іконці

Лого WordPress.com

Ви коментуєте, використовуючи свій обліковий запис WordPress.com. Log Out /  Змінити )

Google photo

Ви коментуєте, використовуючи свій обліковий запис Google. Log Out /  Змінити )

Twitter picture

Ви коментуєте, використовуючи свій обліковий запис Twitter. Log Out /  Змінити )

Facebook photo

Ви коментуєте, використовуючи свій обліковий запис Facebook. Log Out /  Змінити )

З’єднання з %s